Через года скорбь и память сердца жива

Самые большие подвиги добродетели
были совершены из любви к Отечеству.
Ж.Ж. Руссо

Мои дедушка и бабушка по материнской линии вырастили и воспитали восьмерых замечательных детей: четырех сыновей и четырех дочерей. Дедушку в 1938 году расстреляли как «польского шпиона». Никто не знал, за что? Когда был опубликован список реа­билитированных, было обозначено выше­указанное «обвинение». Сестра дедушки вышла замуж и жила в Западной Белоруссии, кто-то и донес о его «шпионаже». Несколько лет тому назад я задалась целью – возможно ли найти «дело» дедушки? Да, нашла, но там значится «кулак», и это слово подчеркнуто. А он был крестьянским мужиком-хозяином, добрым, трудолюбивым, имевшим много земли, на которой надо было работать от темна до темна. Пятеро детей получили образование, одна из дочерей была замужем за кадровым военным. Вот и была зависть у тех, кто думал, что власть им дает все, не работая. Через три года, как не стало дедушки, началась Великая Отечественная война. Четверо сыновей и два зятя ушли на фронт в первые дни войны. И ни от кого из них никто из родных не получил весточки, так как находились на оккупированной территории.
После войны вернулись двое братьев мамы. Стали ждать остальных, но дождались похоронок: один из них – танкист, сгорел в танке в августе 1943 года, другой – красноармеец, в 1944 году пропал без вести. Не вернулся и мой отец. Самое страшное извещение – «без вес­ти пропавший». Похоронен ли в братской могиле, присыпал ли кто землей, а может как в песне: «выстрел грянет, ворон кружит, твой дружок в бурьяне неживой лежит». Сестра мамы, тетя Настя, после окончания Витебской фельдшерско-акушерской школы работала в г.п. Заславль. Как же все ее ждали, что вот она приедет скоро домой, вспоминали о ней с особенной теплотой. Мама говорила, что когда тетя приехала в гости к нам в Шклов, то купила ей в подарок швейную машинку, на которой она пос­ле войны обшивала всю округу. Наверное, по своей душевности она и выбрала профессию медицинского работника. Ждали, но дождались страшного извес­тия, где сообщалось, как она погибла. Мне никогда не забыть тот душераздирающий крик бабушки. Писала подруга, как над ней издевались, какую мучительную смерть она приняла. Как может сердце матери выдержать от этой боли? Бабушка прожила недолго. Сколько матерей ушло из жизни, получив такие печальные извес­тия? Разве кто считал, понимал и сочувствовал? Героями были те, кто вернулся.
Тетю Настю не мобилизовали на фронт, а оставили для подпольной работы. Она была разведчицей партизанской бригады «Штурмовая», куда входили партизанские отряды им. Пономаренко, «Штурм», «Грозный», им. Фрунзе, «Отечество» и другие. Бригада входила в партизанское соединение Борисовско-Бегомольской зоны. Партизанские отряды были плохо обеспечены оружием, особенно отряд «Штурм», и это сковывало его активность. И когда в апреле 1942 года в отряд присоединилась группа красноармейцев, которую возглавлял лейтенант Иван Гламаздин, она принесла с собой несколько резервных винтовок, два пулемета, два ящика гранат и много патронов. Тогда и было решено ударить по гарнизону в д. Боубли, разгромить противника и захватить его оружие. В разведку, как пишет Р. Мачульский в книге «Вечный огонь», отправилась медицинская сестра Н. Авхимкова – скромная, со светлыми выразительными глазами девушка, которую хорошо знало местное население. Ей легко удалось пройти в деревню. Партизанка ходила из дома в дом, оказывая медицинскую помощь больным. Разведчица установила, что гарнизон состоит из 30 гитлеровских солдат и трех офицеров военно-строительной организации ТОДТ, определила подходы к деревне, указала, где расположены посты. На основе этих данных был составлен план операции. Партизаны разбились на пять групп и, преодолев затопленные водой болота, незаметно подошли к деревне. Группа из трех партизан надела полицейские повязки, это позволило им тихо убрать полицейского, охранявшего подходы, и в полночь смело проникнуть в гарнизон.
Партизаны во главе с И. Федоровым бросились к казарме, кинули в окна несколько гранат с зажженными факелами и вскочили в помещение. Группа партизан во главе с И. Гламаздиным в это время напала на дом, где располагались офицеры. Партизаны не выпустили из деревни ни одного фашиста, все они были уничтожены. Было захвачено продовольствие, обмундирование, а главное – оружие. Этот бой партизаны провели 29 апреля 1942 года. Операция по разгрому фашистского гарнизона прошла успешно, никто из партизан не пострадал.
Но на рассвете, по доносу предателя, разведчицу забрали в гестапо. Ее жестоко пытали, но она никого не выдала. После страшных пыток ее живую по грудь закопали, продолжая издеваться, затем расстреляли. Ей было 19 лет.
О подробностях подпольной работы, о ее мучительной смерти, о том, что ее выдал предатель, я узнала из писем И. Гламаздина и комиссара бригады «Штурмовая» И.М. Федорова, которым я написала после прочтения книги «Вечный огонь». По взрослении горечь утрат, скорбь и гордость за моих дорогих людей, которых не сломали ни трагические 30-е, ни 40-е годы, поселились в моем сердце.


На подвиги ради жизни на земле идут только сильные духом люди, люди честного, гордого и сильного рода человеческого. В лихую для Родины годину они не думали о себе, о наградах. Они защищали Родину-мать, так как эти понятия неразделимы. Возможно, эта страшная смерть тети спасла многие жизни наших людей, ведь были уничтожены 33 фашис­та, которые убили бы столько же, а, может быть, и больше. Я никогда никого не благодарю за завоеванную свободу, мне ее отстаивали шестеро, четверо из них не вернулись.
У нас в семье свято хранят фотографии тети Насти. Одна из них была помещена в газете «Красная звезда» в начале 1941 года, где ей 18 лет. Снимок этот она прислала родным 5 марта 1941 года, где написано: «Дорогим родным, не скучайте, скоро встретимся, помните обо мне». Но встретиться ей пришлось не с родными, а с извергами-фашистами.
Вечная память и скорбь о дочерях и сыновьях, кто своими жизнями отстаивал и отстоял каждую пять родной земли от фашисткой навалы.
Вечная слава мужеству, стойкости, бесстрашию и героизму советских людей.
Вечная память и преклонение перед матерями, воспитавшими Родине преданных, достойных детей.
Вечное презрение к негодяям-предателям.
Нина ФИЛИППЕНКО.

Добавить комментарий